Свантесат: Клан Озиндиус

Глава VII

Кэт шла по улицам, скрестив руки на груди, чтобы уменьшить боль в ладонях. Создавалось ощущение, что глубокие порезы, таким образом, будут меньше беспокоить ее. Она мысленно уверяла себя, что отдала невысокую плату, чтобы получить ценную информацию. Немного погодя раны затянутся, зато записи останутся у нее. А пока нужно подумать, как выжать их по полной. Неплохо было бы познакомиться со Светилами, попытаться проникнуть в их среду. Скорее всего, среди них можно найти довольно болтливых, которые за милой беседой и покажут кого-нибудь из списка. На это нужно время, пожалуй, много времени, как вдруг Кэт впервые задумалась над тем, а ограничено ли ее время. С одной стороны, она вроде прожила уже добрую сотню лет (по словам Аклин) следовательно, и торопиться некуда. Для истории Свантесата она больше тень, чем человек. Тогда почему Литуир так усердно занимается с ней, не дает лишнего времени на отдых? Он не торопит Кэт, но и не дает ей расслабиться. Может он просто хочет отвязаться от нее? Лишь только Кэт поймала себя на такой мысли, так сразу мысленно огрела себя по губам: нельзя так говорить про учителя.

Девушка вздохнула и попыталась вновь сосредоточиться на составлении плана.

Попробовать еще раз проникнуть в замок Светилов, чтобы на этот раз найти какие-нибудь учетные записи, но от такой мысли все внутри похолодело. Второй раз на верную погибель Кэт не собиралась. Один раз судьба над ней смилостивилась, но может и отвернуться. Исключено! Нужен другой выход.

Кэт нашла в сером неприметном домишке нужную дверь, которая вела в клан Озиндиус и, сделав маленький ритуал в виде постукивания, толкнула дверь. Все как всегда, темная комната без единого источника света постепенно приобрела очертания, и уже был виден коридор. Девушка решила направиться в свою комнату и мысленно представила себе знак, который символизировал ее место обитания. Теперь путь был прочерчен светящейся ниточкой, и Кэт зашагала по ее направлению. Вместе с тем, поплыли мысли о том, что если таким образом она может находить нужные двери, почему бы не попытаться и с людьми. Тенида вынула список и присмотрелась к именам и подписям. Поскольку в ее руках был оригинал документа, то и подписи от тех людей должны быть настоящими. Пусть подписи станут символами, а люди — дверями… Наверное, необходимо найти нужное заклинание, чтобы увидеть или почувствовать нить.

Где найти заклинание?

Обратиться к Аклин, Литуиру или Эйлонию, но тогда начнутся ненужные расспросы. Сама не зная почему, но Кэт хотела оставить в тайне свои ночные похождения в логово врагов. Нужен кто-то еще, хорошо осведомленный в области магии и ее применения.

ОЗН — вспыхнуло в сознании Кэт, наверняка в этом обществе с огромной библиотекой ей подскажут, как решить вопрос. К счастью еще есть время до тренировки с Ли, и Кэт стремглав помчалась в ОЗН.

Эйлоний, тоскливо бродивший за ней, удивился новой смене хода мысли подруги. Они вместе пролетели пару кварталов и оказались возле ОЗН. Видимо, ей нужна какая-то информация. Интересно, а связана ли она с тем списком, который Кэт стащила у Светилов? Почему она не спросит учителя, Аклин или его самого на худой конец? Определенно, загадочная девушка с неизвестным водоворотом мыслей. Стихийность все отчетливее проявлялась в ее решениях и действиях. Но Эйлу она была симпатична. С первых слежек за Тенидой, он чувствовал себя неуютно, как будто покушался на личную жизнь, но история со Светилами навела на мысль, что она как ребенок, за которым нужен глаз для глаз, создавая при этом иллюзию полной свободы. В ночные прогулки девушка становился совсем другой, более загадочной, и Эйлоний с удовольствием часами сидел рядом с ней на Мосту Времени.

На счастье Кэт, ОЗН работал. Свантесат из ночной смены встрепенулся при виде посетительницы в столь ранний час. Незнакомка неуверенно огляделась вокруг и направилась к работнику:

— Извините, пожалуйста, но мне нужны справочники по магии или что-то в этом роде, — девушка неуверенно подбирала слова.

— Ваша карта или просто назовите номер, я сейчас подключу поисковник.

— У меня нет карты, — покраснела Кэт.

— Вы потеряли? — предположил свантесат. Тенида кивнула, радуясь в душе, что не пришлось выдумывать глупых отговорок. Работник вытащил лист бумаги и протянул его с ручкой:

— Заполните, и я заменю вам карту.

Кэт села за стол и начала читать вопросы, и один из первых ввел ее в ступор: необходимо было указать фамилию. Казалось бы, простой вопрос, но она не знала своей фамилии. Никто ей не говорил про это.

Вдруг Тенида вспомнила, что уже скоро тренировка и нужно торопиться. Она схватила листок и побежала к выходу, крикнув напоследок:

— Простите, мне нужно идти, я позже зайду и заполню анкету.

Она могла этого и не делать, уже спустя несколько секунд свантесат не помнил, что его оторвало от дремоты.

Прежде чем начать тренировку, Кэт забежала в свою комнату, чтобы спрятать список Светилов и надеть перчатки. Она не хотела показывать свои руки учителю, пусть он думает, что все как всегда, ничего не произошло.

В зале Ли уже подготавливал несколько кинжалов, когда вошла Кэт. Она решила не мешкать и сразу спросила его о фамилии, на что Тенид не скрыл своего изумления:

— Для чего она тебе понадобилась?

— Да так, хотелось взять книги из ОЗН.

— Книги ты можешь взять и здесь, в клане. Или я или Эйл покажем тебе комнату, в которой стоит небольшой компьютер. Освоить его не трудно, просто внимательно следуй указаниям. Все книги будут у тебя, и никакого ОЗН не нужно. Старайся меньше контактировать со свантесатами.

— Спасибо, но если вернуться к первому вопросу? — Кэт было интересно узнать о таком важном моменте как идентификации ее среди других Тенидов.

— Выбери себе любую, — отмахнулся Ли.

Больше они не разговаривали, а начали свои упражнения. Кэт всячески пыталась скрыть боль, которую приносили раны на руках при прикосновении металла, а еще хуже вибрация от ударов лезвий. Она была готова упасть и разрыдаться сейчас же, лишь бы остановить тренировку хоть на время. Магия могла бы помочь Тениде, и она с горечью осознавала, что необходимо скорее осваивать стихию.

Удар, еще удар. Взвизгнув, Кэт отпрыгнула в сторону, но рукоять не отпустила. Ли не обратил особого внимания, или сделал вид, что все в порядке вещей. Нет, все было ненормально! Кэт чувствовала, как намокли перчатки от крови, вновь появилась колющая боль, словно от множества иголочек. Бесконечное трение ран о ткань было невыносимо. Но вдруг Ли выкрикнул:

— Достаточно, пока можешь отдохнуть!

Кэт уже сквозь слезы попыталась посмотреть, сколько прошло времени, но поняла, что больше не может терпеть. Она выронила меч и помчалась в свою комнату, не удосужившись объяснить учителю причину внезапного ухода.

Слезы уже раздражали глаза и щеки, когда девушка бежала в истерике по коридорам к своей комнате. Скорее в ванную, она хотела снять перчатки. Дикая боль, от которой она взвыла и потеряла равновесие, жгла левую руку, а затем и правую. Кожа вся словно растаяла и только измазанные кровью пальцы. Сама не зная почему, Кэт открыла воду и пыталась смыть биологическую жидкость. Она плакала и не могла остановиться, уже не было так больно, но страшно. Еще раз взглянув на ладонь, Тенида с ужасом обнаружила что-то белое, кажется кость. Она закричала, и в тот же момент в комнату вбежал Ли. Он, видя испуганные глаза девушки, подхватил ее, чтобы она не упала, и прижал к себе:

— Не бойся! Все хорошо!

Но Кэт не слышала его, она билась и брыкалась, словно кошка, при этом издавая стон от боли. Вдруг тело Тениды обмякло, и она обессилено повисла в руках своего учителя, который продолжал ее успокаивать. Тихие всхлипы известили о том, что силы Кэт кончаются. Она сделала глубокий вдох и провалилась в небытие…

Как же было тепло под мягким одеялом… Кэт перевернулась на бок и, ухватившись за подушку, приоткрыла один глаз, а затем и второй: она была в своей комнате, где все также у двери стоял трельяж, на полках вдоль всех четырех стен аккуратно стояли книги, разложенный по цвету переплета и размерам. Скорее всего, над кроватью должно было бы находиться окно, сквозь которое солнечные лучи приласкали ее, лежащую на кровати под мягким и теплым оделяло. Она улыбнулась и почувствовала, что впервые за долгое время проснулась сама, а не от звона будильника. Потянувшись как кошка, она даже мурлыкнула от удовольствия. Кэт еще некоторое время лежала, изучая неровную поверхность потолка, и ни о чем не думала.

Пробудившись окончательно от сна, Тенида села на кровать, откинула одеяло и решила привести себя в порядок. Подойдя к трельяжу, она взяла расческу и начала расчесывать запутавшиеся волосы. Забыв заплести их в косу перед сном, сейчас приходилось расплачиваться неприятным ощущениями, когда на пути расчески попадались сильно запутанные комки. Но почему Кэт не сделала этого? Стоп! Мысли побежали одна за другой, обрушивая воспоминания на сознание девушки. Она вновь пережила то, как была в Доме Света, как смогла убежать оттуда, всплыл образ ОЗН, тренировки с Литуиром… Кэт посмотрела на свои руки, но с ними все было в порядке, никакого намека на раны или царапины. Кэт забежала в ванную, но и там все стояло на своих местах. Не успев опомниться, Кэт услышала стук в дверь. Она быстро подбежала к кровати и прыгнула на нее:

— Кто там? — отозвалась девушка.

— Ли, — послышался ответ, и сердце девушки ойкнуло.

— Входите, — прозвучал ответ, Тенида вспомнила, что видела его последним прежде, чем потеряла сознание, и не только на тренировке, Ли пытался помочь ей.

Литуир вошел в комнату и, не мешкая, направился к Кэт, в то время как она поменяла положение, чтобы опереться спиной о подушку.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил Ли, откинув волосы со лба девушки и проверив температуру. Кэт, ощутив его прикосновение, вспыхнула и смущенно ответила:

— Хорошо, — она обманывала, Тенида была в отличном состоянии благодаря визиту учителя. Литуир удовлетворенно кивнул и сел на край кровати.

— Надеюсь, ты уже вспомнила все, что произошло? — Ли, получив утвердительный кивок, продолжил, — тогда у нас состоится важный разговор. Будь внимательна, но не прерывай. Когда я закончу, можешь спросить, если возникнут вопросы.

Все, что произошло с тобой, вполне нормально, раны на руках стали символом того, что твое тело окончательно подготовилось к тому, чтобы начать использовать магию. Но все не так просто. Конечно, нужна сила духа, вера в себя и так далее, но есть еще одна деталь. Члены клана Озиндиус имеют свою Ахиллесову пяту, а именно то, из чего черпается магия. Для произношения и использования заклинание нападения необходимо потратить и свою кровь на это, которая имеет специфические особенности. Наша кровь — сплетение человеческой и магической, которая, попадая на кожу, начинается разъедать ее, как кислота, только кости не подвластны ей. Иначе говоря, выпуская магические стрелы, на твоих руках образуются царапины, из которых выходит необходимое количество магической крови, но вместе с тем раны разъедаются, чем дольше ты применяешь заклинание. Как только магия прерывается, раны начинают заживать, а для убыстрения этого процесса мы дадим тебе перчатки, ткань которых пропитана «исцелением». Чем меньше царапины или раны, тем быстрее твои руки будут восстанавливаться. Чем больше магии, тем больше разрастаются раны, переходя на предплечья, плечи и так далее. Уточняю, что такие страшные картины происходят, когда ты нападаешь на кого-то, но магия «защиты» не причинит никакого вреда твоему телу. Отмечу еще, что с подготовкой и применением магии нападения у тебя начинают гореть глаза алым огоньком, когда останавливаешься или пытаешься себя контролировать, они постепенно гаснут.

Теперь перейдем непосредственно к тебе самой. Сейчас, пока ты только стала членом клана Озиндиус, должно быть часто замечала, что в тебе словно две стороны, что-то вроде светлой и темной? Когда нет опасности, ты спокойна, рассудительна, заботлива, мыслишь наиболее рационально и так далее. Но в моменты «охоты» тобой овладевает желание нападения, крови, слепая логика «не убьешь ты, убьют тебя» без чувственной и понимающей стороны, возможно даже поглощает ненависть. Это проявления двух частей: «защиты» и «нападения». Твоя задача в том, чтобы умело сочетать обе эти стороны и контролировать себя в обоих состояниях. В «защите» ты можешь быть слишком чувствительной и переживать все близко к сердцу, а в состоянии «нападения» тобой наиболее сильнее владеет чувство долга и обязанности выполнить взятую тобой или возложенную на тебя ответственность. При «нападении» ты становишься подобно хищнику: быстрота действий, оскал, заостренные когти, но при этом совершенно теряешь способность чувствовать все, что творится вокруг тебя, затупляется слух, возможно зрение, обоняние. Это опасно тем, что можешь даже не услышать, кто подойдет со спины. В таком состоянии, если тебе угрожает смертельная опасность, на помощь может прийти магия вызова диких псов, это к сведению. Но остановить их ты сможешь, только если вернешься к «защите». Как видишь, и там, и там есть свои положительные и отрицательные черты. Магия «нападения» быстрее разрушит тебя, а магия «защиты» исцелит. Надеюсь, ты сможешь теперь быть внимательнее к себе.

Про дневной свет, надеюсь, ты помнишь, что перемещаешься только в тени, избегая прямых солнечных лучей, ночью же ты свободна.

И еще кое-что, для защиты от свантесатов, члены клана Озиндиус общаются на особенном языке. Свантесаты слышат лишь шипение и посвистывания, но между собой мы разговариваем нормально. Если внимательно прислушаться, то ты заметишь на фоне моего голоса это шипение. Таким способом мы можем отличить друг друга среди Тенидов. Это происходит рефлекторно, поэтому прими к сведению.

Кэт внимательно слушала учителя и ловила каждое его слово, и когда зависла тишина начала переваривать полученную информацию. Литуир все время пока рассказывал, видел ее глаза, полные нежности. Необходимо что-то предпринять, пока не поздно…

— Ли, можно вопрос? — наконец решилась Тенида. — Вы будете меня обучать магии?

— Возможно, основные заклинания помогу вспомнить, а все остальное придет постепенно с опытом, тем более что в подсознании лежит богатый запас знаний по использованию магии.

— Вы знали меня в той жизни? — вдруг спросила Кэт.

— Ты должна вспомнить все сама, — отрезал Литуир, поднявшись с кровати, и направился к двери, — скоро вновь начнутся тренировки, восстанавливай силы.

Кэт с грустью проводила его. Зачем только она задала глупый вопрос, возможно, он еще бы посидел с ней рядом. Приятная дрожь внутри взволновала ее еще сильней, и Тенида в порыве мысленно произнесла: «Нападение» отличается страстью, а «защита» — это любовь. Кэт улыбнулась и прижала колени к груди.

Спустя время в комнату вновь постучали, и Кэт подлетела к двери, но, распахнув ее, с трудом смогла скрыть свое разочарование. На пороге стоял не тот человек, которого она хотела бы сейчас видеть. Эйл сделал вид, что ничего не заметил, а лишь приветливо улыбнулась:

— Здравствуй, Кэт.

Тенида кивнула и пригласила его войти.

— Прости, не ожидала, что ты придешь, — виновато оправдалась девушка, закрывая дверь.

Эйл едва удержался от того, чтобы спросить почему. На самом деле она не осведомлена, что он ее личная охрана, и находится намного ближе, чем все остальные. Когда придет время, он воодушевленно расскажет ей обо всем, а пока Ли велел ему держать рот на замке.

— Надеюсь, сюрприз получился приятным, — улыбнулся Тенид.

— Конечно, ты же знаешь, я всегда тебе рада!

Эйл еще некоторое время помялся и затем протянул ей какой-то сверток Кэт. Она вопросительно посмотрела на друга.

— Возьми, это для тебя.

Девушка неуверенно приняла подарок и развернула его. Внутри оказалась музыкальная шкатулка в точности такая же, как и та, которую Эйл показывал при первой встрече. Но тогда это была шкатулка, принадлежащая Аклин.

— Как я тебе говорил, она создана практически без магии, и в этой доля заклинания еще меньше.

— Эйл, спасибо, — Кэт обняла его. — Мне еще никто не делал таких подарков. Как же приятно! Д

евушка решилась открыть ее, и заиграла тихая музыка, которую она уже слышала у Аклин. Первая музыка, которую Тенида осознанно услышала в своем новом теле.

— Рад, что мне удалось угодить тебе.

— Шутишь? Я часто мысленно напевала эту мелодию. Теперь смогу и слушать ее.

Эйл улыбнулся:

— Как ты себя чувствуешь? Выздоровела?

— Уже намного лучше. Знаешь, я наконец-то выспалась так, что чувствую себя совсем по-другому. Немного полениться оказалось приятным занятием. Хотя уже хочется продолжить тренировки, даже скорее ради того, чтобы можно было выходить в город.

— Почему не пойти просто так? Сейчас правда день, — Эйл взглянул на часы, — но зимой темнеет быстрее, через два-три часа можно спокойно выходить. К тому же кажется, сегодня облачно.

— Я бы с радостью, но создается чувство, будто я не заслужила прогулки, потому что не тренировалась, не выполнила часть распорядка дня.

Эйл удивленно развел руками:

— Странно.

— Я и сама знаю, — кивнула Кэт. — Мне иногда кажется, что в клане я на птичьих правах, и инициатива в каких-то вопросах недопустима. Вдруг Ли будет неудобно заниматься со мной вечером, вдруг у него какие-то планы, — Кэт не заметила, как доверилась Эйлу.

— Кэт, уверяю тебя, ты на равных правах со всеми членами клана. Извини меня, но глупости все это. В конце концов, тренировки нужны тебе, а не Ли. Он ничего не теряет, если ты немного расслабишься, тем более, пока есть такая возможность. Сегодня тебя точно уже не погонят, время начала занятий прошло.

— Возможно, ты прав, но пока я все-таки зависима от него, — ей хотелось сказать, что не только из-за обучения, но сдержалась.

— Магия уже стала доступна тебе, значит, совсем скоро ты будешь свободнее в своем выборе и обустройстве жизни, — добавил Эйл. Зависла тишина, и он решил, что ему пора, — я пойду. Надеюсь, ты скоро окончательно поправишься.

— Я рада, что ты навестил меня, — улыбнулась Кэт, — и спасибо за шкатулку.

Когда Эйлоний ушел, Кэт почувствовала легкое головокружение и решила прилечь. Слабость еще давала о себе знать, к тому же Тенида разволновалась при воспоминаниях о Литуире. Ей вспомнилось его слова о том, чтобы она сама себе выбрала какую-нибудь фамилию, и тогда Тенида решила перебирать возможные комбинации. В конце концов, она пришла к выводу, что полное имя отныне будет следующим: Катарина Анир, или Кэт Анир, к тому же она представила себе, что ее можно теперь называть и Кэтанир, сливая сокращенное имя и фамилию (между прочим, Литуир и Кэтанир довольно созвучны). Удивительно, какие только глупости приходят в голову, когда нечем себя занять.